» » Аггей и Захария: одна мечта на двоих

Аггей и Захария: одна мечта на двоих

Аггей и Захария: одна мечта на двоих

 
С того времени, как еврейский народ вернулся на родину после вавилонского плена, в Израильском государстве начался новый период — период Второго Храма. Этот период без всякого преувеличения можно назвать самым важным для иудеев и иудаизма в целом. Временные рамки этой эпохи охватывают отрезок с 516 года до Р. Х. до 70 года по Р. Х. Среди наиважнейших изменений, произошедших в израильском обществе, можно назвать следующие: формирование канона Священного Писания, строительство Храма, реструктуризация и формирование теократического общества после вавилонского плена, обретение административной независимости от самаритян путем долгой конфронтации, воссоздание всей инфраструктуры Иерусалима после долгих лет запустения, выстраивание нового типа взаимоотношений с имперской властью и многие-многие другие.

Иудейская послепленная провинция последней четверти VI—первой половины V века до Р. Х. богата на выдающихся деятелей. В этот период, подобно горным вершинам, возвышающимся над равниной, выделяются пять деятелей: трудящиеся в паре пророки Аггей и Захария, также трудящиеся в паре священник Ездра и правитель Неемия и загадочный, малоизвестный пророк Малахия, книга которого завершает весь корпус Ветхого Завета. В настоящей статье мы обратим внимание на первых двух пророков — Аггея и Захарию.

Исторические обстоятельства

Начало пророческого служения Аггея и Захарии приходится на один и тот же год — второй год правления персидского царя Дария I Гистаспа. Реконструкция хронологии и согласование календарей позволяют сказать о том, что Аггей начал свое служение 29 августа 520 года до Р. Х. (см. Агг. 1:1), а Захария чуть позже, в октябре-ноябре того же года (Захария не указывает день получения видения, поэтому сложно точно определить дату начала его служения, см. Зах. 1:1). Уже долгое время вернувшиеся из вавилонского плена иудеи никак не могли восстановить Храм для поклонения Богу; то и дело они сталкивались с препятствиями, которые чинили их противники самаритяне, но зачастую причинами становились и их собственные нерадивость и безразличие! Однако Божественное благословение проявилось посредством указа царя Дария о продолжении строительства Храма. Изданный Дарием I указ записан в книге Ездры: «Не останавливайте работы при сем доме Божием; пусть Иудейский областеначальник и Иудейские старейшины строят сей дом Божий на месте его. И от меня дается повеление о том, чем вы должны содействовать старейшинам тем Иудейским в построении того дома Божия, и именно: из имущества царского — из заречной подати — немедленно берите и давайте тем людям, чтобы работа не останавливалась; и сколько нужно: тельцов ли, или овнов и агнцев, на всесожжения Богу небесному, также пшеницы, соли, вина и масла — как скажут священники Иерусалимские, пусть будет выдаваемо им изо дня в день без задержки, чтоб они приносили жертву, приятную Богу небесному, и молились о жизни царя и сыновей его» (Езд. 6:7—10). К этой важной исторической справке Ездра добавляет еще одну деталь в отношении пророков: «И старейшины Иудейские строили и преуспевали, по пророчеству Аггея пророка и Захарии, сына Адды. И построили, и окончили, по воле Бога Израилева и по воле Кира, и Дария, и Артаксеркса, царей Персидских» (Езд. 6:14). Иначе говоря, пророки вдохновляли народ на строительство и показывали важность этой работы.

Совместная работа

Внимательное чтение книг Аггея и Захарии, особенно исследование хронологии видений, позволяет прийти к выводу, что их работа была взаимосвязанной; видения Захарии и проповеди Аггея как будто накладываются друг на друга. Поэтому эти две книги нужно исследовать вместе. Для этого существует несколько причин: 1) авторы трудятся в один и тот же период времени, то есть их связывает одна и та же историческая действительность; 2) видения даются параллельно, это видно из точного определения датировки (по-видимому, такой метод пророки позаимствовали в Вавилоне); 3) литературные особенности их книг соответствуют друг другу, это видно из многочисленного использования многих схожих выражений (поэтому библеисты говорят о композиционной работе Аггея 1, 2 и Захарии 1—81); 4)оба пророка имеют дело со строительством Храма и затрагивают в своих книгах теологию Храма. В этом смысле очень хорошо разницу в служении Аггея и Захарии уловила Джойс Болдуин в своем комментарии: «Если Аггей был строителем, ответственным за возведение здания нового храма, то Захария был скорее художником, добавлявшим к строению новые окна, с их символикой, радостью и светом»2. И поскольку в обеих книгах так или иначе речь идет о Храме, попытаемся представить весть и теологию каждого из них.

Теология Аггея

Уже с первого прочтения книги Аггея бросается в глаза безразличие народа в отношении к строительству Храма. Пророк очень ярко и живо изображает состояние народа в постпленную эпоху. Прислушаемся к его обличениям: «Так сказал Господь Саваоф: народ сей говорит: „не пришло еще время, не время строить дом Господень". И было слово Господне через Аггея пророка: а вам самим время жить в домах ваших украшенных, тогда как дом сей в запустении? Посему ныне так говорит Господь Саваоф: обратите сердце ваше на пути ваши. Вы сеете много, а собираете мало; едите, но не в сытость; пьете, но не напиваетесь; одеваетесь, а не согреваетесь; зарабатывающий плату зарабатывает для дырявого кошелька» (Агг. 1:2—6). Отсюда исходит вся теология Аггея, которая, если можно так выразиться, «покоится на трех китах»: Бог, Храм и будущее Израиля.

Необходимо вкратце объяснить взаимосвязь и взаимозависимость этих трех основ его теологии и вести.

Бог. Пророк в своей книге представляет Бога как помнящего Свой завет! Несмотря на отступление народа и семидесятилетнее вавилонское рабство, тот самый завет, который Бог заключил с их отцами при исходе из Египта, все еще в силе. Этот завет гарантирует им защиту, именно поэтому Господь заверяет их в том, что Он с ними: «Завет Мой, который Я заключил с вами при исшествии вашем из Египта, и дух Мой пребывает среди вас: не бойтесь!» (Агг. 2:5). Как правильно подмечает Йоэл Вейнберг, «через координату „восстанавливаемый Иерусалимский храм" в картине мира книги Аггея воспринимаются и осмысливаются остальные ее компоненты, в том числе и Бог», Который выступает «в роли инициатора и вдохновителя восстановления храма»3.

Храм. Еще со времен исхода народ Божий знал о том, что Бог являет Себя только в Храме. Именно поэтому Он постоянно требовал, чтобы жертвы приносились на одном месте, том, которое изберет Он Сам. Именно Храм являлся местом Божественного присутствия: «И устроят они Мне святилище, и буду обитать посреди них» (Исх. 25:8). Это «обитание» (евр. shahan) не подразумевает постоянного или статичного присутствия Бога во святилище, но скорее подчеркивает аспект Его самораскрытия, Его связи с народом. Иными словами, «Божественное присутствие в храме было реальным, но в то же время оно было динамичным, живым присутствием во всех культовых событиях Его самораскрытия Своему народу»4. Поэтому у Аггея четко продемонстрирована взаимосвязь между состоянием Храма и отношением к нему народа, с одной стороны, и экономическим благополучием народа — с другой. Иными словами, бедствия народа обусловлены пренебрежением к Храму (см. Агг. 1:9—11).

Будущее Израиля. Пророк связывает будущее благополучие народа с Храмом. Как только они обратят внимание на Господа, желающего прославиться в этом Храме, они сразу почувствуют благословения в различных сферах своей жизни: посредством обильных урожаев (см. Агг. 2:15—19), а также в восстановлении царской династии дома Давида (см. Агг. 2:20—23). Представителем этой династии становится Зоровавель, потомок Давида. Господь будет держать его «как печать» (см. Агг. 2:23). Иными словами, будущее народа полностью зависит от посвященности людей.

Итак, попытка представить себе теологическую весть Аггея показывает, что эти три вершины взаимосвязаны и взаимозависимы и, кроме того, вплетены в единую богословскую канву всего замысла книги в целом. Невозможно удалить какую-то из этих тем, не сломав при этом всей богословской структуры книги. Теперь посмотрим на «художника» Захарию, который, по словам Джойс Болдуин, добавляет «к строению новые окна, с их символикой, радостью и светом».

Теология Захарии

Текст Захарии представляет собой достаточно сложное сочетание различных жанров. С одной стороны, библеисты усматривают совершенно четкие признаки апокалиптики в первых шести главах, однако в седьмой и восьмой главах, а также во второй части книги (гл. 9—14) усматривают жанр, присущий классическим пророкам. По этой причине очень многие полагают, что книга была написана разными авторами. Однако подобное различие можно объяснить и не прибегая к подобным крайним мерам. Захария мог писать книгу в разные периоды жизни, чем можно было бы объяснить различие стилей.

Тем не менее это никак не помогает облегчить задачу. Сложность книги выразил один из самых авторитетных еврейских ученых Средневековья Раши (Рабби Шломо бен Ицхак, 1040— 1105): «Пророчество [Захарии] очень непонятно, содержание видений подобно снам, которые необходимо толковать. Мы никогда не сможем раскрыть их истинный смысл, пока не придет Учитель праведности»5. Однако, с точки зрения христиан, Учитель праведности уже пришел в лице Иисуса Христа, поэтому мы можем заглянуть в пророчества Захарии и, по крайней мере, если не понять полностью, то хотя бы уловить направление его мыслей.

Поскольку в книге Захарии на протяжении четырнадцати глав затрагивается много тем, в этой статье мы коснемся лишь одной, на наш взгляд, самой главной. Это тема Мессии и Его природы, и освещается она в главах 3, 4 и 6. Согласно структуре первой части книги (главы 1—8), видения глав 3 и 4 находятся в центре внимания пророка. В главе 3 нам представлен первосвященник Иисус, сын Иоседеков, а в главе 4 — губернатор Зоровавель, сын Салафиилев. Оба они являлись лидерами народа, один духовным, а другой светским. В видении об Иисусе первосвященнике представлена картина снятия с него испачканных одежд и облачения в чистую одежду. Первосвященник представляет здесь состояние народа — нечистоту и беззаконие, которые удаляются Господом, что символизируется ритуально чистой одеждой. Увидев эту картину в видении и понимая, что, в сущности, здесь представлена история Израиля, который вышел из вавилонского плена, Захария не смог оставаться в стороне. Он с восторгом воскликнул: «Тут и я не удержался: „Пусть и тюрбан чистый возложат ему на голову"» (Зах. 3:5; пер. ИПБ)6. Тюрбан — это не тот же самый кидар, который надевали первосвященники во святилище. Захария выбирает слово, указывающее на царское достоинство; это элемент царского одеяния, а далее (см. Зах. 3:7) Иисусу обещано, что он будет судить дом Божий. Это единственное место в Ветхом Завете, где глагол «судить» относится к первосвященнику. Поэтому, как удачно подмечает Джойс Болдуин, «в личности и деятельности Иисуса, сына Иоседекова, предвосхищается его более великий тезка Иисус», то есть Христос.

В главе 4 представлен губернатор Зоровавель — человек, который происходил из династии царя Давида. Теперь, после плена, у Израиля не было царя, однако функции правителя осуществлял потомок Давида. В этом видении народу обещано, что «руки Зоровавеля положили основание дому сему; его руки и окончат его» (Зах. 4:9). То есть Господь поддерживает руки строителей и обещает успех начатому делу. У Аггея Зоровавель выступает в качестве печати Божьей (см. Агг. 2:23). Зоровавель, подобно Иисусу в предыдущем видении, выступает как прообраз Мессии, Который будет править Своим народом.

Очень важное в связи с этим видение Захария представляет в главе 6. На голову Иисусу первосвященнику возлагают переплетенный венец из золота и серебра. При этом ему сказано о том, что придет муж по имени ОТРАСЛЬ, и именно Он создаст Храм Господень. «Он создаст храм Господень, и примет славу, и воссядет, и будет владычествовать на престоле Своем; будет и священником на престоле Своем, и совет мира будет между тем и другим» (Зах. 6:13).

Захария представляет поистине великое пророчество! Иудеи строят Храм по Божественному повелению, однако в будущем придет Тот, Кто Сам создаст Храм, — Он будет и Царем, и Первосвященником для Своего народа и в Себе Самом соединит эти две функции, которые до этого оставались в Израиле разъединенными. Поэтому Иисус и Зоровавель оба вместе представляют эту власть великого Первосвященника и великого Царя, Которым стал наш Господь Иисус Христос. Он в Себе соединил эти две важнейшие функции для того, чтобы быть нашим Правителем, Искупителем и Ходатаем. Это пророчество исполнилось замечательным образом после вознесения Иисуса Христа, во время Его инаугурации как Царя и Первосвященника, когда Он как Агнец принял из рук Сидящего на престоле книгу, чтобы раскрыть ее печати. После этого весь небесный сонм провозгласил Его достойным: «Достоин Ты взять книгу и снять с нее печати, ибо Ты был заклан, и Кровию Своею искупил нас Богу из всякого колена, и языка, и народа, и племени, и соделал нас царями и священниками Богу нашему; и мы будем царствовать на земле» (Откр. 5:9, 10). Царь и Первосвященник Иисус делает Своих подданных также царями и священниками, за что Ему вечная слава!

----------------------------------------
1. Например, Carol & Eric M. Meyers, "Zechariah, Book of”, Anchor Bible Dictionary(1992) 6:1061-1065
2. Joyce G. Baldwin. Haggai, Zechariah, Malachi, Tyndale Old Testament Commentaries. Downers Grove, Ill.: InterVarsity, 1972, р. 59.
3. Й. Вейнберг. Введение в Танах. Часть III. «Пророки», — М.: Мосты культуры, 2003. С. 309.
4. Pieter A. Verhoef. The New International Commentary on the Old Testament. The Books of Haggai and Malachi, — v. XXVI, Grand Rapids, MI, 1993, 26:34, 35.
5. Цит. по: Marko Jauhiainen. The Use of Zechariah in Revelation, Tübingen: Mohr Siebeck, 2005, p.37.
6. В стихе 5 используется глагол 1-го лица, из чего можно заключить, что это высказывание принадлежит пророку Захарии.

Эдуард Егизарян, заведующий кафедрой теологии ЗАУ.
Из журнала: Адвентистский Вестник 01.(100).2019
admin 12-06-2019, 14:45 190 0

Комментарии


Добавление комментария

Социальные комментарии Cackle
Мир Библии