» » Ещё одно Евангелие? (Галатам 1:1-10)

Ещё одно Евангелие? (Галатам 1:1-10)

Ещё одно Евангелие? (Галатам 1:1-10)Ещё одно Евангелие? (Галатам 1:1-10)

 
   Томас Оден, профессор богословия и этики, много лет проработавший в Университете Дру, на протяжении многих лет писал книгу за книгой, тщательно разрабатывая последние теории и представляя успешные, новейшие, наиболее прогрессивные взгляды. И всё же, почемуто этот человек не чувствовал удовлетворения. Однажды он вдруг резко изменил направление своей работы и написал книгу под названием «Программа для богословия». В начале книги описывается сон, в котором, идя по кладбищу Нью Хевн, автор неожиданно споткнулся о свою собственную могилу. Естественно, он остановился, чтобы прочитать эпитафию, и глаза его увидели следующую фразу: «Он не внёс ничего нового в богословие». На первый взгляд, звучит совсем не лестно, особенно когда твои наставники и коллеги стремились оставить след на земле именно через собственный вклад в эту науку. Что удивительно, Оден приходит к выводу, что эта итоговая оценка его работы не смутила, а скорее окончательно убедила его в правильности подобного результата. Почему так? Потому что он понял, что мы меньше всего нуждаемся в предполагаемых «улучшениях», «развитии» или дополнениях к фундаментальному учению апостолов. То, что нам нужно, так это простое Евангелие Иисуса Христа, сохранённое в первозданном виде и правильно толкуемое и в наше время, и в любую эпоху.

Поворачиваясь к другому Евангелию

   Сохранение Евангелия в его целостности всегда было делом нелёгким, даже в первом веке. Обращаясь к Галатам, Павел говорит: «удивляюсь». Он охвачен беспокойством, он не произносит никаких слов похвалы, как, например, в других посланиях:

   «Удивляюсь, что вы от призвавшего вас благодатью Христовою так скоро переходите к иному благовествованию, которое, впрочем, не иное, а только есть люди, смущающие вас и желающие превратить благовествование Христово. Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема. Как прежде мы сказали, так и теперь ещё говорю: кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема» (Гал. 1:6-9, NRSV).

   Анафема? Предание человека Божьему гневу? Сильные слова, причём дважды повторяющиеся и подходящие только для ситуации, отмеченной серьёзной опасностью. Выражение «превращение Евангелия»—тоже сильное выражение, предполагающее, что неверная «корректировка»—это просто неудачная попытка «настроить» звучание Слова, но действие, способное превратить Евангелие в его противоположность. Чтото побуждает обращённых Павлом людей оставить свои первоначальные убеждения и, таким образом, ставит под угрозу само их спасение.

   Павел не пересказывает снова содержание Евангелия, он лишь попутно указывает на воскресение Иисуса (ст. 1) и затем обращает особое внимание на то, что Он умер за наши грехи, чтобы освободить нас от настоящего лукавого века (ст. 4). Это, возможно, самое первое, записанное в Новом Завете, утверждение о смысле смерти Иисуса. Иисус умер за наши грехи; Иисус освобождает нас от тех сил, которые так легко завладевают нами и порабощают нас в этой жизни. Это серьёзные заявления, вызывающие серьёзные и вместе с тем неприятные предположения о нас и этом мире, но Павел не конкретизирует: он, очевидно, предполагает, что Галаты прекрасно знают, о чём он говорит. В конце концов, Павел никогда не смягчал своих слов. По-видимому, он ясно и сильно проповедовал Галатам о потрясающем факте, что Иисус сделал для нас то, чего сами мы никак не могли сделать. Его невероятная борьба на кресте, борьба как с нашими грехами, так и с духовными силами, которые улавливают нас—это победа, которая стала видимой в Его воскресении. (Интересно заметить, что Гал. 1:1—единственное место в данном послании, где Павел упоминает о воскресении; он выделяет крест).

   На кресте Бог определённо завоевал наш мир; на кресте Бог удивительным образом всё исправил и освободил пленённое человечество. Павел не объясняет, как такое могло произойти, но просто утверждает, что это так. Затем, далее в послании к Галатам, он противопоставляет недостаточность того, что мы стремимся сделать для себя сами—особенно наши усилия приобрести собственную праведность послушанием закону—полной адекватности того, что Иисус сделал для нас и предлагает нам по благодати.

   Павел, кажется, недоумевает по поводу того, как кто-то может отвернуться от благой вести, как эта (Гал. 1:6). Как кто-то может оставить Бога, который призывает его в благодать Христову и принять другое Евангелие, словно оно действительно может существовать? И в самом деле, как? Рассмотрим по меньшей мере четыре возможные причины:

  1.  Это слишком просто.
  2.  Это слишком сложно (если не сказать невозможно).
  3.  Этого не достаточно.
  4.  Должен быть лучший, более современный, более научный, может быть, более соответствующий культуре подход, чем нечто такое примитивное и жестокое, как крест.

Причина 1: Это слишком просто

   Те, кто нарушал спокойствие Галатов, подобно многим в древнем мире и некоторым в современном, были особенно озабочены первым ответом: Евангелие слишком просто. Оно делает старый церемониальный закон не нужным, и даже хуже, чем не нужным—абсолютно ошибочным. Противники Павла, которые, предположительно, были честными Иудеями, преданными своему наследию, воспринимали благодать, заменяющую закон и вместо него делающую нас праведными перед Богом, как мы восприняли бы сегодня какого-нибудь реформатора, с безумными глазами доказывающего нам, что для установления порядка в обществе нужно уничтожить все законы и освободить всех заключённых. Это бред. Если людям не нужно будет соблюдать требования закона и сохранять определённые религиозные стандарты, всё рухнет, думали они. Они полагали, что Павел проповедует такую мягкую доктрину, чтобы завоевать популярность и расположение людей (ст. 10).

   Не только Иудеи выступали против благодати на таких условиях. Добродетельные язычники, такие как Цельсус во втором веке, были не удовлетворены религией, которая не требовала безупречности, но приветствовала и прощала развращённых. Цельсус сказал: «Кто бы ни был грешником, — говорят они, — кто бы ни был не разумным, кто бы ни был ребёнком, словом, кто бы ни был негодяем— он будет принят в Божьем царстве». Или подумайте над строками поэта У. Х. Одена: «Каждый мошенник будет рассуждать так: „Я люблю совершать преступления. Бог любит их прощать. Да, мир, действительно, замечательно устроен"». Это слишком просто.

Причина 2: Это слишком сложно

   Но тот же самый факт, что мы спасаемся только благодатью, делает Евангелие слишком сложным, слишком пессимистичным для другой группы людей. Это те, кто был научен, что человек по сути своей является хорошим, и, что большинство его проблем возникает от низкой самооценки, приобретённой в результате либо дурной наследственности, либо неблагоприятной среды обитания, либо совокупности проблем, в которых, в конце концов, человек не виноват. Таких людей задевает сама мысль о том, что их грехи настолько серьёзны, что только смерть Иисуса могла их искупить. Как бы там ни было, какое отношение к этому имеет кровавая, несправедливая смерть? Может быть, также им отчаянно хочется ощущать, что они управляют собственной жизнью, а вера требует ожидания и доверия, и это пугает или раздражает. Сюда же относится необходимость оставления мирских стандартов. Посмотрим Гал. 1:4: Иисус отдал Себя Самого за грехи наши, чтобы избавить нас, говорится здесь: «от настоящего лукавого века». Значит, что-то в этом мире может увести нас в неверном направлении (NRSV).

   Помните об этом всякий раз, когда будете испытывать искушение руководствоваться в своём поведении поведением других или тем, что одобряет культура, причём любая культура. Спастись от самого себя и «настоящего лукавого века»—желательно, ведь для этого требуется достаточно ясное представление о глубине собственной испорченности (в дни, когда повышение самооценки предлагается как панацея от всех проблем). Люди должны достаточно благоразумно оценивать преходящие награды этого мира (в культуре, которая преподносит наслаждения, как максимальное удовлетворение—«побеждает тот, кто умрёт, имея больше всех безделушек» и тому подобное). «Потерять свою жизнь, чтобы спасти её»—никогда не звучало для людей слишком заманчиво; намного привлекательнее жить не как слуги, а как господа. Альтернативное Евангелие, провозглашаемое в наши дни— «мы можем и должны достичь высокомерной самодостаточности посредством того или иного плана инвестиций, программы улучшения душевного состояния, образования, физической и духовной дисциплины». Как говорится в одной рекламе на радио: «Позаботьтесь о своём будущем: станьте хозяином своей жизни!» Это ложное евангелие, но просто настоящее Евангелие слишком сложно.

   Кроме того, настоящее Евангелие кажется дико невероятным: Бог, Который принимает за нас унизительную смерть и воскресает вновь, и таким образом делает возможным наше спасение? Неужели это правда? Не надо быть так называемым новым атеистом, чтобы усомниться в таком сценарии (аргументы новых атеистов, как было не раз замечено, не так уж отличаются от аргументов старых). Фактически Павел и сам прекрасно понимал, что Евангелие казалось преступлением для Иудеев и глупостью для язычников: такие возражения едва можно назвать новыми и неожиданными. Единственное, что ново и неожиданно— это то, что сделал для нас наш Господь, и чего Он ожидает от нас. Но это новое и неожиданное слишком сложно и невероятно.

Причина 3: Этого недостаточно

   Есть также и те, кому, в общемто, нет большого дела до того, упрощает или усложняет Евангелие вещи, их волнует то, что евангелия недостаточно для того, чтобы удовлетворить их любопытство или ответить на насущные вопросы или решить определённые личные проблемы. В последнее время среди некоторых учёных и даже популярных писателей вошло в привычку утверждать, что поскольку история (включая и Библейскую историю) написана победителями культурных войн, то мы не можем знать, что происходило на самом деле, а потому нам нужны апокрифические евангелия и подобные древние книги, которые якобы не подверглись цензуре. (Вспомните безумную популярность такого художественного произведения, как «Код Да Винчи», на самом деле являющегося выдумкой чистой воды). С их точки зрения, Писание—просто ещё одна книга, не имеющая единого автора. На свете есть столько всего, чего мы не знаем, а Библия такая относительно небольшая книга, что некоторые из таких аргументов звучат вполне резонно. Возникает опасение, что мы не обладаем полнотой информации, что главные события истории ещё не произошли. Не слишком ли преждевременно полностью посвящать себя Христу, когда ещё так много неизвестного?

   Или как насчёт уже заявивших о себе проблем, которые не отражены в Библии? Как быть со всеми этическими вопросами, вызванными возможностями современной науки, скажем, с клонированием, генной инженерией, нанотехнологиями и ядерными отходами? Где нам найти ответы более надёжные, чем просто политическая риторика? Как быть с вполне понятным желанием женщин и разных этнических групп, чтобы к ним относились справедливо, чтобы их история и способности воспринимались серьёзно? В Евангелии просто не говорится об этих вещах. Как же тогда оно может быть достаточным?

Причина 4: Должен быть лучший способ

   Ещё одна причина, делающая привлекательным «другое Евангелие», — это убеждение, что, учитывая, как изменилось время и каких успехов мы добились в науке и технологиях, стоит рассчитывать на более реалистичный путь спасения (или, по крайней мере, освободиться от старых, первоначальных надежд). Будем честны: многие из нас сегодня в большей степени надеются на науку, чем на практическую помощь Бога. И для такой надежды есть все основания. Чтобы исцелиться, мы скорее обращаемся к врачам, чем к молитве, чтобы вырастить хороший урожай, мы больше надеемся на своевременный полив, чем на Провидение, чтобы защититься от врагов, мы скорее рассчитываем на вооружённые силы, чем на армию ангелов. Не пришло ли время подобным же образом излагать наши идеи спасения в новом ключе? Мы устарели по стольким параметрам; не настала ли пора развиваться дальше в наших религиозных убеждениях?

   Проблема заключается в том, что все эти возражения и достижения, какими бы они не были соблазнительными, в конечном итоге не решают нашу самую главную проблему. Мы жаждем вселенной, в которой имеем вес, в которой то, кто мы и чем занимаемся, является немаловажным. Без этого мы всегда будем испытывать чувство беспокойства и неудовлетворённости, какой бы комфортабельной и безопасной ни была наша земная жизнь. И мы также, где-то глубоко в душе, подозреваем, что наше внутреннее напряжение связано с проблемами, которые сами мы бессильны исправить. И не важно, как часто мы говорим: «это больше не повторится», после какого-либо особенно вопиющего человеческого злодеяния—ужасы продолжаются. «Война для окончания всех войн» привела лишь к росту насилия; Холокост не остановил геноцид; и так далее, и тому подобное. Даже если достижения реальны, ложное евангелие прогресса никогда само по себе не даст ответа на вопрос: для чего нужен прогресс? Он влечёт нас своим «пением сирен», даже не сказав о том, что это дорога в никуда, ведь наше солнце наконец сгорит и планета канет в лету. Кроме того, ложное евангелие прогресса показало себя не способным добиться нравственных успехов: мы все также не способны стать лучше благодаря собственным усилиям, как и раньше.

Крепко держась за истинное Евангелие Христа

   Знаете, в общем-то, не важно является истинное Евангелие Христа простым или сложным, удаётся ли ему удовлетворить любопытство, отвечает ли оно на все вопросы современности, поддаётся ли оно нашим попыткам осуществить к нему рациональный подход или отказывается примерить современные одежды. Важно только то, является ли оно истинным. Возможно, многие из нас в то или иное время размышляли над некоторыми возражениями, упомянутыми мною; я размышляла. Но, несмотря на это, факт остаётся фактом—наша окончательная помощь приходит только из одного места—с Голгофы. Другие альтернативы вновь и вновь показывают свою несостоятельность, оставляя нас в нравственной беспомощности и конечной пустоте. Нет другого Евангелия—нет другой воистину благой вести— кроме той, что Иисус Христос жил и умер и воскрес ради нашего спасения, чтобы спасти нас от наших грехов, изменить нас, чтобы мы наконец могли быть похожими на Него, и дать нам верную надежду на вечность с Ним. Нет другого Евангелия, кроме того, что спасение даётся по благодати, через Божий дар в Иисусе Христе.

   Евангелие является достаточно простым, чтобы быть доступным худшему, самому закоренелому, самому беспомощному грешнику, который знает, что у него нет праведности, которую он мог бы предложить Богу, нет надежды на то, что ему удастся стать лучше самому, на самом деле нет ничего, что он может для себя сделать. Евангелие является достаточно сложным, т. к. бросает вызов наиболее распространённым иллюзиям человека о способности контролировать свою жизнь, т. к. призывает нас служить, а не стремится к тому, чтобы служили нам, т. к. ясно показывает нашу неослабевающую греховность. Евангелие остаётся современным, т. к. обращается к вечному для человека вопросу о смысле жизни во вселенной, которая, кажется, движется в слепом безразличии к надеждам и опасениям населяющих её людей. Евангелие является завершённым в отношении того, в чём мы нуждаемся больше всего, и в этом оно настолько завершено, что нельзя добавить ничего существенного к тому, как обеспечено наше спасение. Как говорится в старом псалме:

Мне не нужно больше никаких доказательств,
Мне не нужно никаких заявлений.
Достаточно того, что Иисус умер,
И, что Он умер за меня.

Маргарита Шустер Канд. фил. наук, старший профессор проповедования и богословия, Богословская Семинария Фулера, Пасадена, Калифорния, Соединённые Штаты
Из журнала: Альфа и Омега 01/2015
admin 20-01-2019, 18:11 393 0

Комментарии


Добавление комментария

Социальные комментарии Cackle
Мир Библии